29/01/2008

Лещенко проделал путь от «соловьиной рощи» до деревообрабатывающей фабрики

Лев Лещенко в этом году отмечает свой день рождения в Петербурге. Неожиданный поворот: ведь много лет подряд певец 1 февраля не выезжал из столицы и задувал свечи на торте в кругу семьи и друзей. Накануне «грустного праздника» мы попытались выяснить, с чем связана такая глобальная перемена в жизни всенародного любимца. Оказалось, корифей советской эстрады боится цифры «66». А потому решил уехать из Москвы от греха подальше. Об этом и о других своих переживаниях он рассказал «МК» в Питере» в телефонном интервью.

Поп-звезды — скоропортящийся продукт

— Почему в этом году вы решили отпраздновать день рождения питерским концертом?

— Обычно я всегда работаю в этот день в Москве. А тут что-то «зазудело», давно в Питере не пел! Если честно, решил сбежать от неприятной цифры «66». Я фаталист, поэтому «дьявольского» числа побаиваюсь. В общем, праздник решил не отмечать на широкую ногу. Устрою скромные посиделки для друзей 3-го февраля, ведь 2-го дома меня тоже не будет — улетаю в Баку.

— Ваш прошлогодний юбилейный концерт на ТВ шел параллельно с «Золотым граммофоном». Это спланированная акция протеста? Кто победил?

— О полной победе говорить не буду, но «Граммофон» мы сделали. Повтор моего юбилейного концерта в Кремле смотрело не меньше народу, чем этих поп-звезд.

— «Этих поп-звезд» — сильное заявление. Как вы оцениваете ситуацию на нашей эстраде, которой заправляет «клан Пугачевой»?

— Эстрада сейчас какая-то убогая. Хотя другие музыкальные направления процветают. Ретропул, бардовская команда (взять хотя бы Трофима и Олега Митяева), даже классики стали популяризировать свое творчество. А на эстраде — сплошь ангажированные исполнители, которые прилагают много усилий, чтобы себя пиарить. Поют ужасно, зато скандалят в прессе постоянно. И в каких-то рейтингах занимают определенные места. На самом деле это дутые цифры — залов они реально не собирают и без фонограммы петь не могут. Как говорит моя жена, «скоропортящийся продукт». Рыночный товар.

— В советские времена тоже была «музыкальная мафия»?

— Был естественный отбор. Как бы ни говорили об артистах, дескать, вот пели в Кремле, справедливость все-таки существовала. Конечно, на фестивали и международные форумы было трудно пробиться. Но по стране работали все! И образование получали бесплатно, причем академическое, базовое. Сейчас же лепят звезд за два месяца. А это никому не под силу — даже таким «монстрам», как Дробыш и Матвиенко. Да, можно сконцентрироваться на одной песне, поехать с ней на «Евровидение», занять там место. А дальше что? Люди, которые этим занимаются, прекрасно все понимают.

— А как же травля артистов, существовавшая в эпоху СССР?

— О, это уж слишком преувеличенно. Может, в Кремлевский дворец не пускали тех, у кого особо длинный язык. Но зарабатывали все тогда достаточно. Это сейчас статьи пишут: мол, Мулермана зажимали. Да поверьте, он не хуже меня и Кобзона поездил! И на всех площадках появлялся. Если талант есть, люди пробивались. А певцы у нас были разные, по национальному признаку не отбирали — и татары, и белорусы, и узбеки, и украинцы, и евреи.

«Обожаю женщин. Всех!»

— У вас много учениц, блистающих на эстраде, но нет учеников. Вы — дамский угодник?

— Я рос без мамы, поэтому женщинам поклоняюсь. Они для меня чудо, они в моей жизни — все! Обожаю женщин! Всех вместе и каждую в отдельности. Без разницы, какого возраста, какой внешности и комплекции.

— Жена не ревнует?

— Ну что вы, друг другу мы доверяем. В Ирине есть врожденная интеллигентность. Мы живем без скандалов, на компромиссах. Конечно, когда женат 30 лет, о страстной любви говорить сложно. Но есть глубокая привязанность, уважение, духовная близость… Наверное, у нас с женой уже симбиоз. Так что, если я с кем-то флиртую, Ирина не заводится. В моем коллективе работали Лада Дэнс, Катя Лель, Варвара, еще рок-певица Оля Арефьева у меня училась.

— Вы со всеми ученицами дуэтом поете?

— Дуэты люблю. Даже, помню, с Аллой Пугачевой когда-то спел, в 1972 году. Алла радовалась такой удаче, она в то время была не очень популярна. Репетировали недолго, она на лету все схватывала. «Я вас люблю, уже давно, а вы не знаете…» — неплохо получилось. Пару раз мы с Аллой в студии встретились, потом песня на гибкой пластинке вышла.

— Не обидно, что девушки из-под вашего крыла уходят на ту самую поп-сцену, которую вы, мягко скажем, не жалуете?

— Это жизнь. Зарабатывать нужно всем. А помочь я всегда рад, девчонки мне звонят, что-то спрашивают. Катя Лель советуется часто, хоть я на ее жизнь теперь практически не влияю. И с Леной (певицей Варварой) долго вместе обсуждали ее нишу. Еще до появления на эстраде Русланы и Пелагеи я советовал Лене петь в этническом ключе. В конце концов она так и стала работать. По-моему, удачно.

— С Алсу почему спеть решили? Она предложила?

— Нет, предложил я. Алсу знаю с 12 лет, с родителями ее давно дружу. Когда она стала популярной, нас пригласили вместе на ТВ-программу, там мы впервые и спели «Снег кружится». Кстати, я присутствовал на ее первом публичном выступлении. Когда-то на дне рождении брата она всех заворожила. Мы сидели в маленьком ресторанчике, Алсу вышла к инструменту, запела, и это было чудесно, искренне! После чего я сказал и Розе и Ралифу Сафиным, что с девочкой надо заниматься.

«К Малахову — ни ногой!»

— Почему вы отказываете многим ток-шоу в своем присутствии? Ходят слухи, что в довольно резкой форме.

— А зачем туда идти? Это же все переливание из пустого в порожнее! Если программа интересная, вопросы хорошие, то я соглашаюсь. Такое в наши времена попадается, увы, редко. Мне нравятся передачи типа «Доброго утра», где поднимаешь людям настроение, желаешь хорошего дня.

— А у Андрея Малахова почему не «светитесь», он же ваш приятель!

— Я, несмотря на то, что с Андреем в очень хороших отношениях, к нему не пойду. Хоть я и публичная персона, свою закулисную жизнь стараюсь не выпячивать. Так меня воспитали отец и мои педагоги.

Осторожный бизнесмен

— У вас же еще есть свой бизнес. А говорят, артисты плохо деньги считают...

— Считаю хорошо. Но эту сторону жизни не афиширую. У меня же не нефтяной бизнес! (Артист имеет деревообрабатывающую фабрику во Владимирской области. — Авт.) Компания когда-то с трудом встала на ноги, теперь производство налажено. Но сам я фабрикой постоянно не занимаюсь, для этого есть команда.

— А в новое финансовое предприятие вложиться не хотите?

— Я очень прогнозируемый человек. И меня трудно очаровать чем-то. Предлагают иногда: «Вот давай сделаем такой грандиозный проект, заработаем невероятное количество денег!» Отвечаю: «Давайте брать по минимуму. Вложили сто, получим не двести, а рубль...». Я всегда при расчетах делаю скидку на обстоятельства. Вообще — все наше поколение такое. Мы не знали настоящей свободы, не видели настоящей ласки, не имели настоящих денег. Поэтому я по жизни не очаровываюсь и не верю в грандиозные финансовые и политические проекты. Даже перестройка меня когда-то не разочаровала. Разочарование наступило скорее сегодня. Вернее, не разочарование, а обида на то, что мы не получили, чего хотели. Как бы ни убеждали нас в правильности выбора современные вожди.

Беседовала Наталья ЧЕРНЫХ